03.05.2012 версия для печати

Екатерина I: золушка на троне

6 марта 1711 г. накануне отъезда в Прутский поход Петр I тайно обвенчался с простолюдинкой, которая скоро будет называться царицей Екатериной Алексеевной. Сочетаться браком с безвестной «мужичкой», а не с боярской дочерью или принцессой королевской крови (после Полтавы кто бы Петру отказал в сватовстве!), было не только вызовом обычаям, но и почти немыслимым для царя отказом от государственного интереса ради личного счастья. Для Екатерины это был еще более немыслимый взлет: пленница-служанка, наложница – и наконец настоящая царица и по-настоящему любимая жена великого государя.

Pождественская сказка началась в 1703 г. Сохранилось несколько версий происхождения Екатерины, и только по одной из них она – лифляндская уроженка литовского происхождения Марта Скавронская.

Польский язык был родным для ее семьи, которую до 1726 г. держали «под крепким караулом»: брат царицы был ямщиком, а сестра с мужем – крепостными. Неизвестен и год ее рождения: в «Календаре» на 1725 г. его составители указали, что царице 41 год, а через год извинились – и определили ее возраст в 38 лет. Отставной капрал Ингерманландского полка под пьяную руку рассказал в 1724 г. о прошлом императрицы: «Она де не природная и не русская, и ведаем мы, как она в полон взята и приведена под знамя в одной рубахе, и отдана была под караул, и караульный де наш офицер надел на нее кафтан; да она ж де с князем Меншиковым его императорское величество кореньем обвели».

Капрала за дерзость казнили, но служил он в личном полку Меншикова, и его впечатления о бывшей пленнице не лишены достоверности. Как и удивление по поводу ее дальнейшей судьбы. Видны были в этой женщине необыкновенная притягательность и внутренняя сила. Портреты плохо ее передают – статная, с симпатичным, но тяжеловатым лицом, царица воплощала тип красоты, далекий от нынешних моделей, но куда более созвучный своей эпохе. Люди прошлого это чувствовали лучше: «Черты лица Катерины Алексеевны неправильны; она вовсе не была красавицей, но в полных щеках, во вздернутом носе, в бархатных, то томных, то горящих (на иных портретах) огнем глазах, в ее алых губах и круглом подбородке, вообще во всей физиономии столько жгучей страсти; в ее роскошном бюсте столько изящества форм...» – это ведь голос не поклонника, а историка XIX века. А такой видел ее дипломат-современник в 1715 г. «В настоящую минуту она имеет приятную полноту; цвет лица ее весьма бел с примесью природного, несколько яркого румянца, глаза у нее черные, маленькие, волосы такого же цвета длинные и густые, шея и руки красивые, выражение лица кроткое и весьма приятное».

Чудо не изменило Золушку; она оставалась такой же милой и заботливой боевой подругой царя, спутницей в его походах. Приспособилась к тяжелому характеру мужа, угождала его вкусам, умела успокаивать царя во время припадков ярости. Но это еще не все – она сумела дать одинокому и почти бездомному царю (до переезда в Петербург у Петра не было постоянной резиденции – он жил в дороге и в гостях) ощущение собственного уютного дома. «Горазда без вас скучаю», – писал Петр ей из Вильно, ведь «ошить и обмыть некому...» Екатерина распоряжалась закупкой вин и водки, приобретала заморские колбасы или «чекулад»; всегда старалась сделать сюрприз мужу: посылала ему свежую клубнику, огурчики или бутылку какого-нибудь особенного «крепыша»; приказывала доставить для него «две тысячи раков больших», баловала его астраханскими арбузами и свежим виноградом.

«Катеринушка, друг мой сердешнинкой, здравствуй! Письмо твое и презент получил, за что благодарствую (сие письмо еще первое). А что пишешь, что скучно гулять адной, хотя и хорош огород: верю тому, ибо те ж вести и за мною; только моли Бога, чтоб уж сие лето было последнее в разлучении, а впредь бы быть вместе...» – это одно из почти 170 сохранившихся писем Петр написал накануне Гангутского сражения в 1714 г. Петр присылал ей заграничные кружева или букет цветов из «ревельского огорода», сообщал о походах и сражениях, хотя в серьезные дела не посвящал.

Но еще один современник, кажется, подметил главное: «Царь не мог надивиться ее способности и умению превращаться, как он выражался, в императрицу, не забывая, что она не родилась ею». Лучше не скажешь: такт и чувство меры в такой ситуации – дар редкий. Безграмотная крестьянка смогла естественно играть роль государыни – и не московской боярыни, а светской дамы, умевшей пленить гостей танцем и беседой; она умела проникнуться интересами мужа, радоваться его удачам и переживать его горести – и в итоге царь решил предоставить ей особый титул (независимо от брака) и преимущественное право на престол.

7 мая 1724 г. Екатерина вошла в Успенский собор Кремля во главе процессии из высшей знати империи; император сам возложил на нее мантию с орлами (весом 60 кг!) и драгоценную корону. Под многолетие певчих грянул орудийный залп вместе с «беглым огнем» десяти тысяч солдат.

Очевидцы заметили слезы на лице Петра; Екатерина же в порыве чувств «хотела как бы поцеловать его ноги; но он с ласковою улыбкою тотчас же поднял ее».

Коронация была вершиной жизненного пути императрицы; ее торжество стало воплощением петровского принципа служения «регулярному» государству, когда путь к чинам и почестям открывали не происхождение, а заслуги. Екатерину могли понять многие из собравшихся в Кремле: почти четверть офицерского корпуса петровской армии составляли вчерашние крестьяне, посадские и прочие разночинцы, и Петр в манифесте о коронации жены на первое место поставил ее заслуги и известность в войсках: «Во многих воинских действах, отложа немощь женскую, волею с нами присутствовала и елико возможно вспомогала, а наипаче прудской баталии с турки... почитай отчаянном времяни, как мужески, а не женски поступала, о том ведомо всей нашей армеи».

Казалось, все было решено. Но Петр слишком часто в письмах шутил на тему молодой красивой жены и старого мужа. И дошутился – в ноябре того же 1724 г. был арестован и казнен Вилим Монс – управляющий канцелярией Екатерины. По официальной версии – за злоупотребления и казнокрадство; современники же считали, что главной причиной была связь императрицы с красавцем камергером. Петр нередко нарушал супружескую верность и извещал жену в письмах о своих очередных «метресишках», но не признавал подобных прав за Екатериной. Согласно некоторым свидетельствам, в это время царь уничтожил акт о назначении ее наследницей. Она напрасно пыталась вернуть расположение мужа, но в январе 1725 г. колесо фортуны сделало новый оборот.

Вместе с ливонской пленницей на историческую арену выходило целое поколение «выдвиженцев». Они-то во главе с отчаянным Меншиковым возвели Екатерину на престол еще при жизни умиравшего Петра. Напор гвардейских офицеров преодолел сопротивление сановной бюрократии, желавшей видеть на троне сына царевича Алексея, а Екатерину сделать регентшей под контролем Сената. Ну и сама царица вышла из образа убитой горем женщины – раздавала гвардейцам деньги и обещала выплатить жалованье из собственных средств.

Началось короткое и неяркое царствование Екатерины I. Рывок к власти не сделал домохозяйку государственным человеком. Новая правительница могла поддерживать разговор на четырех языках, усвоила внешний облик сановного величия и некоторые – весьма смутные – представления о стоявших перед страной проблемах; но всерьез руководить государственными делами не могла. Старевшая императрица утешалась с помощью фаворитов, нарядов и увеселений, не отличавшихся изысканностью вкуса. Закаленный на придворной службе у польского короля саксонский посол Иоганн Лефорт с удивлением передавал свои петербургские впечатления: «Я рискую прослыть лгуном, когда описываю образ жизни русского двора. Кто бы мог подумать, что он целую ночь проводит в ужасном пьянстве и расходится, это уж самое раннее, в пять или семь часов утра».

Придворный «Походный журнал» за 1726 г. подтверждает «полуночный» образ жизни императрицы с ночными застольями. По петровской традиции она еще посещала верфи, госпитали и выезжала на пожары; но большая часть «рабочего времени» посвящалась прогулкам «в огороде в летнем дому» и застольным «забавам». Для решения важнейших государственных проблем при императрице был образован в 1726 г. Верховный Тайный совет из 6 министров во главе с Меншиковым. Екатерина несколько раз посетила его заседания и больше до конца царствования там не появлялась.

Главной своей задачей императрица поставила устройство достойных «партий» для дочерей – Анны и Елизаветы. Старшую, Анну, выдали за герцога Карла-Фридриха Голштинского.

Часто болевшая императрица все больше замыкалась в придворном кругу, за карточной игрой и застольем. Меншиков же задумал женить юного внука Петра на одной из своих дочерей, чтобы породниться с династией и стать регентом при несовершеннолетнем государе. Дочери и герцог упрашивали Екатерину не допустить такого поворота событий. Императрица колебалась, но в итоге все же дала согласие. Понимала, что это единственно возможный вариант, или просто не могла сопротивляться напору Меншикова? Силы были на исходе.

В апреле 1727 г. у Екатерины началась горячка – «некакое повреждение в лехком», по заключению врачей. Смертельно больная императрица распорядилась «выслать вон из России за рубеж немедленно» всех евреев, но более существенные вопросы от нее уже не зависели. Меншиков переехал в Зимний дворец.

Вечером 6 мая 1727 г. того же дня преемница Петра I «с великим покоем преставилась». Наутро Меншиков объявил о завещании Екатерины, согласно которому престол переходил к маленькому Петру II и регентскому совету при нем. Документ был подлогом: сочинял его купленный Меншиковым голштинский министр; Екатерина же скончалась прежде, чем его успели перевести с немецкого на русский, и текст подписала Елизавета после смерти матери. Могла ли Екатерина за считанные часы до смерти слушать документы и утверждать завещание? Может быть, она и пыталась что-то сделать, но – поздно. Сам Меншиков сообщал датскому послу, что Екатерина накануне смерти хотела передать престол дочерям, поскольку «ее сознание в это время было не совсем ясным». Сказка закончилась — воздвигнутый Петром «империум» оказался непосильной ношей для Золушки.

Игорь Курукин,
доктор исторических наук, Историко-архивный институт РГГУ
Источник: «ФельдПочта» № 114, 6 марта 2006 г.

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Внимание!

Статистика

Ненудные советы

Перейти в раздел

Родителям о детях

В этом разделе мы будем делиться с вами опытом родителей в непростом деле воспитания своих детей

Перейти в раздел

Developed by JoomVision.com